Смотреть, не отвлекаться!

Статьи

— Мама, мы вчера с Егором такое видели!!!
* Я попросила Егора сходить с Сашей в Детский мир – выкупить заказанное ею Лего, а потом прийти домой и побыть с ней, пока я езжу по своим делам. И, вроде, все прошло гладко – когда я вернулась домой, меня ждала довольная Сашка, собравшая львиную долю набора и продолжающая заниматься этим. И ничего не предвещало вот этого «мы вчера такое видели!!»
— Что ж вы видели?
— Мы когда уже домой вернулись, стояли ждали лифт. И там был папа с маленьким мальчиком. С очень маленьким мальчиком. Они тоже ждали лифт. И мальчик совал свои пальцы во все щели лифта. Там, где двери открываются и закрываются, заезжают внутрь и разъезжаются.
— И что?
— И ему прищемило пальцы, когда лифт приехал и двери начали открываться!!!
— Ого…
— Да! И он так плакал, так плакал!
— Я представляю…
— Ему наверное было очень-очень больно!
— Думаю, да. Бедный малыш…
— Мама, они сели в маленький лифт, а мы с Егором остались ждать следующего. И мы продолжали слышать плач этого мальчика всю дорогу, пока он ехал в лифте. И это было невыносимо.
— Ты испугалась?
— Конечно! Мне было так плохо! Мы потом зашли в другой лифт, и я плакала, пока мы поднимались на наш этаж. Закрылась коробкой с лего и плакала.
— Иди я пожалею тебя. (обнимаю Сашу).
— Егор сказал, что вряд ли мальчик какой-то вред себе нанес. Скорее ему просто больно и страшно. А пальцы целы.
— Будем надеяться на это.
— Я когда видела, что он пальцы сует, уже очень боялась. Ведь нельзя совать пальцы в эти щели, вообще нельзя!
— А папа разрешал ему, да?
— Папа вообще в телефоне весь был. Не смотрел на ребенка.
— О как… Жаль…
— Мама, разве так можно? Если ты с маленьким ребенком, нужно же за ним смотреть!
— Да…
— Это, получается, не ребенок виноват, что ему пальцы прищемило, а папа?
— Ну, я бы сказала, что это была папина ответственность – смотреть, что делает ребенок. Видеть это, оценивать опасность/безопасность, реагировать как-то или выбирать не реагировать. Но, похоже, папа не принял решение разрешить совать пальцы, а просто не видел, что происходит.
— Да! Но он должен был смотреть!
* Как мне объяснить дочке, что взрослые тоже люди? Что они устают и отключаются? Или порой хотят убежать, дистанцироваться, побыть одни (=«в телефоне»)? Что иногда только так и выживают? И что да, понимание этого не освобождает от ответственности за «недосмотрел» или за неверно принятое решение…
— Я теперь думаю – может мне не надо иметь детей? Ведь это так сложно – все время за ними смотреть. Не отвлекаться вообще.
* И как мне объяснить дочке, что да, сложно, порой – безумно сложно. И, на самом деле, просто невозможно вот это – не отвлекаться. И что можно стараться изо всех сил – и все равно что-то недосмотреть, где-то не заметить, не увидеть, не просчитать последствий, не…
— Мама, а тебе сложно?
* О Боже… Ну как ей сказать? Как сказать, что да, мне ппц как сложно находиться постоянно «на связи», мониторить, быть готовой отреагировать, быть готовой «спасти»… Что я устаю, выдыхаюсь, заканчиваюсь не быстро, а очень быстро. Что все это отнимает у меня весь мой ресурс и все запасы «на черный день» и «неприкосновенно». Что восстанавливаться тяжело и часто невозможно. Что моя жизнь иной раз похожа на «подааайте бедному на пропитание», «месье, я не ел шесть дней» и «оставьте меня здесь, спасайтесь сами, мне уже ничего не поможет»…
Как можно такое говорить ребенку? Как можно говорить такое высокочувствительному человеку? Как можно говорить такое Саше? Той, которая ловит на лету, считывает, сразу примеряет на себя? Которая, скорее всего, сделает вывод, что мне с ней невыносимо сложно и что все из-за нее… Маме плохо из-за нее…
Я знаю ответ. Никак.
— Это иногда нелегко, дочь… Вообще, следить за чем-то или за кем-то, не отвлекаясь – это трудно. Сама посуди. Ты же когда делаешь что-то, где необходимо твое внимание, нет-нет да и отвлечешься. Так ведь?
— Да… Но ведь нельзя!
— Но мы же живые… Мы отвлекаемся, Саш. Мы люди.
— Что же делать?! Так же ребенку может стать плохо! Вон мальчик прищемил палец, потому что папа отвлекся.
— Мальчик прищемил палец потому, что совал руки туда, куда нельзя. А папа мог бы помешать этому, но отвлекся и не видел происходящего. И мы не знаем, всегда ли папа «в телефоне» или это вот так случайно получилось в этот раз. Мы не знаем, если он в телефоне в этот раз – почему, что происходит, может что-то случилось экстренное и он разруливает. Мы не знаем, сколько ночей папа не спал или сколько дней подряд работал, соображает он сейчас или нет… Мы вообще ничего не знаем о том, почему так вышло. Но знаем, что то, что папа был «в телефоне» привело к тому, что ребенок пострадал. Все же в таком возрасте за безопасность ребенка отвечают взрослые.
— Да…
— И мы можем делать выводы. Для себя.
— Что нельзя отвлекаться от ребенка, да, мама?
— Что важно как-то так простроить свою жизнь, каждодневную, чтобы были силы. Чтобы не истощаться, не уставать так что не соображаешь. Что важно обдумывать, в какие моменты и в каких местах отвлекаться менее опасно, а где нужно быть более осторожным и приглядывать за ребенком. Важно думать обо всем и принимать взвешенные решения. Но если что-то все же случается, несмотря на все это – важно проанализировать, сделать выводы и не зависать в ругании себя за произошедшее.
— Это трудно. Я так не умею.
— Ну… да… трудно. И – ты будешь уметь. Ты уже сейчас многое понимаешь. И будешь понимать все больше и больше.
— Я расту, да?
— Да. Растешь и взрослеешь.

Текст: Лара Покровская, психолог в «Под зонтом».